Сообщество Peter & Patrik
"Пётр и Патрик"
Телефон"У нас есть свобода, но не осталось времени" Dolores ORiordan
E-mailpeterpatrick@mail.ru
ПоискПоиск по сайту
  НЕКОРОНОВАННЫЙ КОРОЛЬ ИРЛАНДИИ. СМЕРТЬ ОТ ЛЮБВИ В эпицентре огня
свет свет - Архимандрит Ианнуарий - Современная жизнь в свете грядущего Царствия Божия
Сегодня - 8 декабря 2019, Воскресенье
Ваш выбор
Вход:
Имя:
Пароль:
 
Регистрация
Погода:
Курсы валют:

Последние обновления:
статьи
Бэд Комедиан с Евгением Баженовым
100 миллионов безвозвратно 26.11.2019
Тайная жизнь иностранного агента
Алексей Навальный 11.11.2019
галерея
наши корреспонденты
Завтра я буду в Ирландии
Валя Бойченко 19.07.2019

Современная жизнь в свете грядущего Царствия Божия


Архимандрит Ианнуарий (Ивлиев)

 

Царствие Божие и молитва Отче наш

 

Молитва Отче наш ( Мф. 6:9-15Лк. 11:2-4) подтверждает то понимание Царствия Божия, которое выражено в Заповедях блаженства. Если «блаженства» предлагали Царствие, указывали на него, то молитва Отче наш учит просить Бога о пришествии Его Царствия. Содержание Царствия Божия распознается уже в структуре этой молитвы. Первые три прошения дополняют друг друга. Царствие Божие приходит, когда Богу воздается почитание как именно Богу, и когда исполняется Его благая воля. Его пришествие и в этой молитве строго теоцентрично. Вторая половина молитвы соответствует первой. Она называет то, что отделяет молящегося от Царствия Божия. Когда человек принимается в Царствие, тогда Бог удаляет его заботу о насущном хлебе и аннулирует его долги. Царствие Божие и здесь означает новое отношение к Богу, благодаря которому в человеке исцеляется и телесное и духовное.

В молитве Отче наш пришествие Царствия тоже понимается как сущность и начало эсхатологического изменения мира и отношений в нем, а не как следствие. Возможно, что Иисус Христос дал Своим ученикам этот образец молитвы также и для того, чтобы заменить ею формально похожую, но более длинную иудейскую молитву Восемнадцати благословений (См. Bill. IV, 208-220). В этой обязательной ежедневной молитве иудей просит о пришествии Бога в Иерусалим не в начале, а только после десяти других прошений, в которых речь шла о даровании разума, о познании Закона, о прощении грехов, об исцелении, об освобождении и так далее. Царствие Божие здесь ожидается как следствие изменения свойств этого мира и отношений в нем. Напротив, Иисус Христос в молитве Отче наш учит просить прежде о пришествии Царствия Божия, а потом уже обо всем прочем, как его следствии. С этим согласен и призыв Иисуса: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф. 6:33).

Если бы ученики, которым была дана эта молитва, спросили себя, каким образом исполняются их прошения, то они увидели бы Иисуса Христа, Кто освобождал от забот и принимал грешников. Прошения молитвы Отче наш исполняются в делах и самой жизни Иисуса Христа, исполняются в настоящее время, хотя бы это ограниченное исполнение по отношению к полноте просимого и было подобно горчичному зерну. Через деяния Иисуса Христа уже произошло пришествие Царствия Божия, хотя и в предварительном образе (Schniewind, NTD Matthäus, zu 6. 9-13).

Если Царствие Божие определяется таким образом, то становится ясным, почему оно понимается и как приходящее в настоящем, и как совершающееся в будущем. В самом понятии Царствия Божия, как его представил Иисус Христос, совмещаются реализованная и футуристическая эсхатологии. Если содержательное ядро Царствия Божия – исцеление (или soteria) взаимоотношений человека и Бога, устранение греховного отчуждение человека от Бога, то Царствие приходит (начинается) тогда и там, где человек встречается с Иисусом Христом, в Котором и через Которого отношение человека к Богу эсхатологически обновляется, даже если жизнь во плоти и весь мир еще не исцелены. Но пришествие Царствия не может ограничиваться новыми отношениями человека с Богом. В Царствие Божие должна быть вовлечена и телесная жизнь и история. Пришествие Царствия неизбежно должно воздействовать на состояние мира, на его изменение, ибо Бог есть Творец.

 

6.      Царствие Божие и образ будущего мира.

 

А) Апокалиптическое видение мира.

 

Независимость евангельского представления о Царствии Божием и о его пришествии от предвестий космического характера подтверждается, когда мы пытаемся выяснить, что же говорил Иисус Христос об апокалиптическом образе мира, а именно, каковы были Его представления о двух космических «эонах». Эти представления развивались в иудейской апокалиптике того времени, согласно которой «будущий эон» (ho aion ho erchomenos или mellon) понимался и как грядущий мир, и как грядущий век. Как новый космос, он должен сменить «этот эон» (ho aion houtos). Эсхатологическое Царствие Божие приходит вместе с новым эоном. Но в проповеди Иисуса Христа такая апокалиптическая картина мира не играет никакой роли. Понятие aion в синоптической традиции речей Иисуса Христа вообще встречается редко. И почти во всех случаях, когда это понятие все же появляется, экзегетический анализ обнаруживает, что оно внесено позже, как редакция того или иного Евангелиста, который отражал богословские особенности своей Церкви. Так, например, хотя в Мф. 12:32 сказано: «Не простится ему ни в сем веке, ни в будущем», это выражение отсутствует в параллельном предании в Мк. 3:29, как и в Лк. 12:10. Или: в Мк. 10:30 мы видим противопоставление: «во время сие» (en toi kairoi toutoi) и «в веке грядущем» (en toi aioni toi erchomenoi). Но и то, и другое отсутствует в параллели Мф. 19:29. Также и в Лк. 20:34-35различие между «веком сим» и «тем веком», если сравнивать с параллельными местами Мк и Мф, – более поздняя редакция. Таким образом, получается, что Сам Иисус Христос вообще мало высказывался или вообще не высказывался о «будущем эоне» (то же мы находим и у Апостола Павла, который говорит исключительно о «сем эоне»). Этот апокалиптический оборот не был способен выразить суть Его Евангелия, потому что он автоматически включал эсхатологическое пришествие Божие в некую космическую катастрофу, или, во всяком случае, в космические изменения.

Таким образом, пришествие Царствия Божия для Иисуса Христа не соединено с мировыми переменами и катастрофами, не подчинено им, как если бы эти катастрофы характеризовали пришествие Бога и Его Царствия. Скорее наоборот, пришествие Царствия Божия придает характерный образ миру, как будущему, так и настоящему.

 

Б) Образы будущего мира.

 

В отличие от апокалиптики и раввинизма Иисус Христос отказывается от какого бы то ни было предметного изображения будущего мира, который формируется Царствием Божиим. Это потустороннее бытие Он обозначает только двумя способами: как эсхатологический пир и как полное обновление бытия.

Иисус Христос многократно использует ветхозаветный образ эсхатологической дружеской трапезы. «И сделает Господь Саваоф на горе сей для всех народов трапезу из тучных яств, трапезу из чистых вин, из тука костей и самых чистых вин» (Ис. 25:6). Спаситель подхватывает этот образ, чтобы выразить мысль о радостном собрании народов в спасительном Царствии: «Многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном» (Мф. 8:11). «Истинно говорю вам: Я уже не буду пить от плода виноградного до того дня, когда буду пить новое вино в Царствии Божием» (Мк. 14:25). В последнем случае у Евангелиста Матфея дополнено: «пить с вами» (Мф. 26:29). У Евангелиста Луки это возвещение расширено и дополнено необычным словом: «Я завещаваю вам, как завещал Мне Отец Мой, Царство, да ядите и пиете за трапезою Моею в Царстве Моем» (Лк. 22:29-30). Основная тенденция всех этих образных речей очевидна: Царствие Божие и в будущем, потустороннем мире – не некое бытие в раю, но конкретное общение с Иисусом Христом и тем самым эсхатологическое общение за трапезой с Самим Богом.

В прочих случаях о грядущем бытии Иисус Христос говорит только то, что онобудет новым. Согласно Мк. 14:25 питие там будет «новым» (kainon). Возможно, в этом выражении «новизна» понимается в том же смысле как и в изречении о молодом (neon) вине и ветхих мехах (Мк. 2:22). Здесь время спасения приносит то новое, которое не может быть смешано с ветхим. Это блаженное время принесет новое в смысле ветхозаветного пророчества: «Вот, Я делаю новое» (idou poio kaina,) ( Ис. 43:19, LXX).

Само Воскресение характеризует тотальное обновление в Царствии Божием. Об этом обновлении Иисус Христос говорит в Своем слове о воскресении: «Когда из мертвых воскреснут, тогда не будут ни жениться, ни замуж выходить, но будут, как Ангелы на небесах» (Мк. 12:25). Для раввинов будущий мир представлялся лишь как восстановление первозданного состояния, продолжение этого мира, только без греха, зла и смерти. Супружеская жизнь в нем будет продолжаться, точно так же как пища и питие; Закон тоже не утратит своей силы (о понимании этой проблемы в иудействе того времени см. Bill. I, 888 f и Иеремиас, с. 207, примеч. 28). Но, согласно слову Иисуса Христа, самые элементарные жизненные формы этого мира, такие как брак и зачатие, прекратят свое существование. Грядущий век не просто вернет первое творение. Царствие Божие – не восстановление того, что было в начале. Оно завершает творение в совершенстве и новизне.

Поэтому Иисус Христос ради Царствия Божия вызывает уже ныне не только из жизни во зле, но также из жизненных форм первого творения: «Есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного. Кто может вместить, да вместит» (Мф. 19:12). Речь идет о тех людях, которые уже в этом мире отказываются от брака, как Сам Иисус Христос. Но именно потому, что грядущая жизнь в Царствии Божием будет совершенно иной, отличной от жизни в мире ветхого творения, Иисус Христос не раскрашивает эту грядущую жизнь никакими апокалиптическими образами и красками (см. также самые общие характеристики грядущей жизни в воскресении у Апостола Павла в1Кор. 15:35-50).

 

В) Природа и современная жизнь в свете грядущего Царствия Божия.

 

Грядущее Царствие Божие формирует не только образ новой будущей жизни, но бросает свой свет и на жизнь в современном мире и его истории. Этот свет не только позволяет лучше видеть ситуацию в этом мире, но делает более контрастной противоположность его положительных и отрицательных сторон.

В свете грядущего Царствия высвечивается, что являет собой творение Божие. Время от времени возникал вопрос: как может Тот, Кто возвещает близкий конец этого мира, говорить в положительных тонах о том, что мы называем греческим философским термином «природа» (physis)? Например, – «Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их?» (Мф. 6:26). И далее: «Посмотрите на полевые лилии, как они растут: ни трудятся, ни прядут; но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них; если же траву полевую … Бог так одевает, кольми паче вас, маловеры!» (Мф. 6:28-30). «Не две ли малые птицы продаются за ассарий? И ни одна из них не упадет на землю без воли Отца вашего; у вас же и волосы на голове все сочтены; не бойтесь же: вы лучше многих малых птиц» (Мф. 10:29-31). В этих словах Иисуса Христа говорит не рациональный анализ естественного богословия и не стоическая философия природы. Речи Спасителя исходят из мысли о Боге, Который ныне близок нам в пришествии Его Царствия: «Приблизилось Царствие Божие; покайтесь и веруйте в Евангелие» (Мк. 1:15). Слова Иисуса Христа указывают на следы этого Царствия в окружающей природе. Ряд изречений о лилиях и птицах в Мф. 6:33завершается указанием на грядущее Царствие: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам». Образно говоря, приложится и «красота лилий», и «беззаботность малых птиц». Царства же Божия ищет тот, кто молится и живет так, как произносит в молитве Отче наш. Такому даруется исполненное смысла и жизни существование. Глядя из этого эсхатологического откровения Бога и Его Царствия, Иисус Христос находит вокруг Себя знамения милости Творца, Который сохраняет и поддерживает жизнь в этом мире, отмеченном злом, страданиями и заботами. Он не только видит эти знамения благодати, но и возвещает ее.

Подобную мысль о милости и благости Творца содержит в себе и дискуссия о разводе ( Мк. 10:5–9). Но перспектива и цель здесь иная. Этот пример указывает на первоначальный благой порядок творения с целью подчеркнуть искажение этого порядка в современном мире, в данном случае из-за «жестокосердия» людей. Грядущее Царствие Божие не только вскрывает искажение творения, но и вызывает атаку сил тьмы. Об этом говорится в дискуссии Иисуса Христа с фарисеями после исцеления слепого и немого бесноватого ( Мф. 12:22-30 и пар.). Противники Иисуса объявляют Его изгнания бесов как чудеса бесовские: «Он изгоняет бесов не иначе, как силоювеельзевула, князя бесовского». Иисус противопоставляет этому Свой образ демонического мира: это царство, руководимое «князем», сатаной ( Мф. 12:26; Лк 11. 18). Бесы – его вооруженная «сила» (du,namij, Лк. 10:19); сатана – хозяин этого дома (веельзевул, Мф 10. 25). За словами о царстве сатаны у Иисуса Христа стоит мысль о пришествии Царствия Божия: «Если же Я Духом Божиим изгоняю бесов, то конечно достигло до вас Царствие Божие» (Мф. 12:28). Против Царствия Божия, приходящего в деяниях Иисуса Христа, все силы тьмы объединяются в свое царство бесовское под водительством сатаны (satanas – греческая транскрипция евр. satan; в LXX переводится как diabolos). Ветхозаветная и иудейская традиция приписывала сатане три функции: 1. Он – обвинитель людей перед Богом ( Лк. 10:18; ср. Иов. 1:6). 2. Он – искуситель, peirazon, подвергающий сомнению отношение к Богу ( Мк. 1:13 и др.). 3. Он – хозяин бесов, который и телесно и духовно вредит подпадшим под его влияние людям ( Лк. 13:16 и др.). Поэтому он называется злым, губителем, лукавым (poneros). Сатана становится, таким образом, главным противником Иисуса Христа. Евангелист Матфей называет его в притчах «врагом» (Мф. 13:25,28,39). Но все зло и вся неправда отнюдь не сводится к сатане или бесам, так как в Евангелиях вообще не содержится теории происхождения зла.

Так окружающий человека мир с его добром и злом обретает четкие очертания, если на него взирать из приблизившегося Царствия Божия, с эсхатологической границы мира. Как же должен вести себя человек, который в этом мире встречает пришествие Царствия Божия? Первый призыв Иисуса Христа – призыв к покаянию: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» ( Мф. 4:17Мк. 1:15). Понятие покаяния содержит включает в себя начало пути человека навстречу приходящему в мир эсхатологическому Царствию.

 

7.      Эсхатологический аспект Тайной Вечери.

 

Сообщаемое синоптическими Евангелистами предание о Тайной Вечере дает пророческое истолкование Смерти и Воскресения Иисуса Христа. Это истолкование принадлежит Самому Иисусу Христу в словах, произнесенных Им за трапезой со своими учениками в ночь накануне суда и распятия ( Мф. 26:26-28; Мк 14. 22-24; Лк. 22:15-20; ср. 1Кор. 11:23-25). Действия Иисуса Христа во время ужина воспроизводят иудейский обычай. Во время праздничной иудейской трапезы хозяин брал хлеб, произносил над ним благословение, преломлял его и раздавал сидящим за трапезой. В конце ужина было благословение над чашей с вином. Иисус Христос повторил эти символические действия и придал им новый и чрезвычайно глубокий сотериологический и эсхатологический смысл. К преломлению хлеба Он добавил слова, которые разными Евангелистами приводятся с незначительными вариациями: «сие есть Тело Мое за вас (предаваемое)» (см. критический текст). К чаше с вином Он добавил слова: «сия чаша есть Новый Завет в Моей Крови», или «сия есть Кровь Моя, Кровь Завета». У Евангелиста Луки (как и у Апостола Павла в 1 Кор), речь идет о «Новом» Завете, что очевидно намекает на Иер. 31:31-34. Тем самым говорится, что послушание и жертвенная смерть Иисуса Христа – основание нового, окончательного и неразрушимого эсхатологического союза с Богом. Слова Иисуса Христа за Тайной Вечерей легли в основу неизменно повторяющегося церковного таинства Святой Евхаристии. Их принято называть «установительными словами».

Другие евангельские тексты указывают на то, что в Евхаристии происходит общение с Воскресшим Иисусом Христом ( Лк. 24:28-31.36-43; Ин. 21:12-13), то есть в хлебе и вине дарует Себя Своим ученикам и последователям прославленный Господь. Само предание слов Иисуса Христа за Тайной Вечерей содержит четыре основных элемента: 1. Эсхатологическое слово ( Мк. 14:25Мф. 26:29Лк. 22:16-18); 2. Слово о хлебе; 3. Слово о чаше и 3. Распоряжение о повторении ( Лк. 22:191Кор. 11:24.25).

В эсхатологическом слове: Иисус Христос возвещает, что общение за трапезой с Его учениками в этой жизни заканчивается. Подразумевается, конечно, скорая смерть Иисуса Христа. Общение с Ним будет возобновлено только в Царствии Божием. Это должно было вызвать вопрос: Что должно происходить в промежутке между расставанием и грядущим в будущем Царствием Божиим? На этот вопрос и отвечали слова о хлебе и о чаше вина. Они возвещали совершенно новую и небывалую форму общения.

В слове о хлебе Иисус Христос предлагает ученикам в дар Самого Себя, как Он будет присутствовать в них и среди них после Его только что возвещенной смерти. В слове о чаше в Мк/Мф даром названа сама искупительная смерть Иисуса Христа. Аллюзии на Ис. 53:12 и Иер. 31:31 подчеркивают универсальность искупительной смерти и установление нового эсхатологического завета. В принципе, слово о хлебе и слово о чаше предлагают один и тот же дар, а именно, Самого Иисуса Христа. Слово о хлебе больше подчеркивает Его исторический, реальный образ, Того Иисуса, который до сих пор общался с учениками. Слово о чаше больше подчеркивает Его смерть, в которой приходит к цели Его земное служение. Иисус Сам предлагает Себя, – и Своими земными делами, и Своей смертью.

В распоряжении о повторении действий и слов Тайной Вечери говорится о том, что все это должно происходить «в воспоминание» Иисуса Христа. Здесь большое значение имеет библейское понимание слово «воспоминание» (anamnesis). Это, согласно библейскому словоупотреблению, – не мысленная оглядка назад и не просто воспоминание, но действие, актуализация прошедшего в слове и в деле. Речь же идет о том, что встреча с Царствием Божиим в лице Иисуса Христа во время Его земной жизни будет иным образом продолжаться и в Церкви после смерти и воскресения Иисуса. Так промежуток времени между последней земной трапезой Иисуса Христа с Его учениками и эсхатологическим пиром в будущем Царствии Божием будет не пустым временем ожидания, но временем постоянной близости Царствия Божия с его спасительным и целительным воздействием.

 

8.      Особенности эсхатологии Евангелия от Иоанна.

 

От синоптических Евангелистов (Мф, Мк и Лк) отличается некоторыми характерными особенностями эсхатология Евангелия от Иоанна. Полемика с гностическими тенденциями, появившимися к концу I столетия в некоторых церквах привела к тому, что Евангелист Иоанн особенно подчеркивал «реализованную эсхатологию». В его Евангелии эсхатология реализована во встрече с Иисусом Христом и Его словом. Эсхатологические категории суда, воскресения, вечной жизни становятся присутствующей ныне реальностью.«Ибо не послал Бог Сына Своего в мир, чтобы судить мир, но чтобы мир спасен был чрез Него. Верующий в Него не судится, а неверующий уже осужден, потому что не уверовал во имя Единородного Сына Божия»(Ин. 3:17–18). «Ибо, как Отец воскрешает мертвых и оживляет, так и Сын оживляет, кого хочет. ‹…› Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную, и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь» (5:21,24). «Иисус сказал ей: Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживет» (11:25).«Ныне суд миру сему; ныне князь мира сего изгнан будет вон» (12:31). Вечная жизнь наполняет верующего в Иисуса Христа уже ныне. Будущее приносит лишь продолжение спасительной связи с Иисусом. «Иисус сказал ей: Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживет. И всякий, живущий и верующий в Меня, не умрет вовек» (11:25–26).

Однако нельзя сказать, что в церквах евангелиста Иоанна концепция «реализованной эсхатологии» была определяющей. В том же Евангелии мы находим согласование «реализованной эсхатологии» с футуристическим ожиданием Последнего дня с его судом и воскрешением. «Не дивитесь сему; ибо наступает время, в которое все, находящиеся в гробах, услышат глас Сына Божия; и изыдут творившие добро в воскресение жизни, а делавшие зло — в воскресение осуждения» (Ин. 5:28–29). «Воля же пославшего Меня Отца есть та, чтобы из того, что Он Мне дал, ничего не погубить, но все то воскресить в последний день» (Ин. 6:39). «Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день» (Ин. 6:54 и пр.).

Близкое по мыслям к Евангелию от Иоанна Первое послание этого Евангелиста понимает настоящее в исторической динамике, как «последнее время». Это время отмечено выступлением «антихристов», оно — сумеречный час между тьмой и светом. «Но притом и новую заповедь пишу вам, что есть истинно и в Нем и в вас: потому что тьма проходит и истинный свет уже светит» (1 Ин. 2:8). «Дети! последнее время. И как вы слышали, что придет антихрист, и теперь появилось много антихристов, то мы и познаём из того, что последнее время» (1 Ин. 2:18 и пр.). В этом же послании присутствует мысль о парусии (втором Христовом пришествии) и последнем суде. «Итак, дети, пребывайте в Нем, чтобы, когда Он явится, иметь нам дерзновение и не постыдиться пред Ним в пришествие Его» (1 Ин. 2:28). «Любовь до того совершенства достигает в нас, что мы имеем дерзновение в день суда, потому что поступаем в мире сем, как Он» (1 Ин. 4:17).

 

Источник

 

"Пётр и Патрик": Архимандрит Ианнуарий

 

Иисус Христос

 

Фотография

12-09-2019
«ПРОТОИЕРЕЙ АЛЕКСАНДР МЕНЬ: ПУТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ»
ГОДОВЩИНА УБИЙСТВА
12.09.2019

10-05-2019
Праведная Вероника и Святой Людовик
Календарь дат
10.05.2019

10-05-2019
"В необходимом — единство, в неизвестном — свобода, во всем — любовь"
Памяти о.Ианнуария (Ивлиева): 9 декабря 1943 – 21 декабря 2017
10.05.2019

 WWF Russia.


Все права защищены. При копировании размещайте, пожалуйста, ссылку на наш сайт www.irespb.ru
(c) Copyright "Peter & Patrick", 2009-2010.
"У нас есть свобода, но не осталось времени" Dolores ORiordan peterpatrick@mail.ru
Троник:сделайте сайт у нас
История Олимпийских Игр
От античности до современности
Хороошее кино
Калейдоскоп кинематографа